Ведь я только всего и хочу,
чтобы все всегда было по-моему.
<< Джордж Бернард Шоу >>
Вы меня изучаете, как плевок под
микроскопом. Думаете, я так не умею?
<< Ю. Семенов >>
Всю жизнь борюсь с чужим эгоизмом.
До своего руки никак не дойдут.
<< А. Подводный >>
чтобы все всегда было по-моему.
<< Джордж Бернард Шоу >>
Вы меня изучаете, как плевок под
микроскопом. Думаете, я так не умею?
<< Ю. Семенов >>
Всю жизнь борюсь с чужим эгоизмом.
До своего руки никак не дойдут.
<< А. Подводный >>
Ну вот и свершилось. День-ночь-день-ночь... все свернулось в одну сплошную киноленту и потеряло цвет. Только черное и белое на моем мониторе памяти. Сколько было уже прожито - я не помню. Честно. Как и не помню того, когда сломался мой внутренний хронометр и исчезли почти все вещи из квартиры кроме кровати, табурета и кухонного стола. То, что казалось невозможным, пинком распахнуло дверь ко мне и осталось надолго. Табурет, стол, а на нем - одна замызганная фотография. И моя вечно пьяная рожа, молящаяся на женщину с ребенком на фото и по-детски эгоистично жалеющая... себя. И вот наступило утро. Ну, потому что я вдруг ярко выделил из всей этой раскадровки: мол, вот оно... утро. Рука автоматически потянулась за стопкой, но я отчего-то не смог ее взять в руку. Да, тремор. Нет, не из-за него. Я смотрел на полный стакан спирта и не мог его выпить. Я просто вдруг и наконец понял... это никогда не даст мне того, чего я хочу на самом деле. И я удивился тому, сколько на земле сдохло тех, кто так и не смог дожать до самого дна, чтобы понять это. Хотя... у каждого тонущего - дно своей глубины.
